Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
07:00 

Сплетница. Гл 22-23

shady_forests
Автор: shady_forests (shady_lady@fanfics.ru)
Бета: tatusik_v
Пэйринг:
Гарри Поттер/Панси Паркинсон
Дафна Гринграсс/Блейз Забини/Джинни Уизли
Лаванда Браун/Маркус Флинт/Дин Томас
Парвати Патил/Невилл Лонгботтом
Гермиона Грейнджер/Драко Малфой/Виктор Крам
Рон Уизли/Новый Женский Персонаж
Астoрия Гринграсс
Рейтинг: R
Жанр: Humor/Drama/Romance
Размер: Макси
Статус: В процессе
События: Седьмой курс, Волдеморт побежден, Фик о второстепенных героях, Предательство друзей, Нестандартный пейринг, Любовный треугольник
Саммари: Сплетница раскрывает всю правду о жизни "золотой молодежи" Хогвартса.
Вечеринки, балы, матчи по Квиддичу, романы, измены, пропущенные уроки, устройство на работу — ничто не скроется от всевидящего ока Сплетницы. Никто не знает, кто она такая, но все доверяют ее новостям. Она раскрывает любую тайну и делает достоянием общественности все скандалы.
(Все по канону, игнор только эпилога 7. Все возвращаются в Хог, и начинается жизнь после войны).
Предуп-ние: Мат, ООС, AU эпилога ГП7
От автора: 1. В фанфике автор обращается к читателям. Это стиль оригинальной серии книг "Сплетница". Автор не имеет права отходить от данного стиля.
2. Автор не несет ответственности за нанесенные Вами телесные повреждения и/или подорванное здоровье после прочтения данного фанфика (проще говоря, я не виновата, если Вы разбили голову о клавиатуру или умерли от истерики)
3. В какой-то степени это стеб.
Благодар-ти: Как всегда внутреннему голосу и бете, Дж.К.Роулинг за мир ГП и Сесиль фон Зигесар (это автор книг Сплетница)

vkontakte.ru/club23242261 — альбомы визуализации, обновления, авторские замечания и проч.
Дисклеймер: Автор ни на что не претендует.

Главы 1-22 находятся здесь

Часть Три. Наслаждаясь Тишиной

All I ever wanted
All I ever needed
Is here in my arms
Words are very unnecessary
They can only do harm

Всё, что я когда-либо хотел,
Всё, что мне когда-либо было нужно,
Здесь, в моих руках.
Слова совершенно не нужны,
Они могут только всё испортить.


"Enjoy the Silence", Depeche Mode

Глава 22. В Треугольнике

Зима, а особенно ее начало – всегда волнительный момент. Открытие Рождественских ярмарок, начало всех вечеринок, специальные выпуски модных журналов и вся предпраздничная суета, все это, несомненно, навевает нам веселое и немного грустное настроение. Веселое, потому что праздники это всегда радость, грустное – потому что уходит год, за который мы столько сделали или не успели сделать. Но самое лучшее в праздниках это то, что они сближают нас, они расширяю семьи и делают нас счастливее.
Панси открыла глаза и перевернулась набок, а лежащий рядом с ней юноша ближе подтянул к себе подушку. Слизеринка провела рукой по его темным волосам и тихо улыбнулась.
Декабрь только начался, но волшебно снежная зима уже вступила в свои права, укутав Хогварс белым покрывалом из снега. Здесь он не таял благодаря магии – как дань директору Дамблдору, любившему снежное Рождество.
Панси любила Рождество и зиму, но сегодня она не могла отделаться от ощущения, что сегодня ей придется с чем-то проститься. С чем-то, что занимает огромную часть ее сердца.
Девушка приподнялась на локтях именно в тот момент, когда в дверь сначала настойчиво постучали, а потом опустили ручку.
Паркинсон вскочила и, натянув на себя халат, подошла к двери.
- Панси! Мне нужна твоя помощь! – на пороге стояла Дафна Гринграсс с двумя платьями, - мне нужно платье для семейного обеда! – вскрикнула она.
- Тише, Даф, - прошипела Панси, посмотрев на спящего Поттера.
- О, кажется, кое-кто вчера неплохо развлекся?
При этих словах Гринграсс, Гарри закрыл голову одеялом, так и не проснувшись.
- Ты же знаешь, как ему тяжело, - Панси вывела подругу из комнаты, - вся страна подводит итоги судьбоносного года и Гарри должен быть везде.
- Почему ты оправдываешься, Панси? Ты думаешь, что пока носишься с ним – праздники незаметно пройдут? – Гринграсс опустила платья и внимательно посмотрела на подругу, - ты ведь прекрасно помнишь каждое Рождество, разве не так? Горы подарков, красивых нарядов и огромное количество елей по всему поместью, вечеринка с ночевкой в Сочельник… праздничный завтрак и обед. Ты все помнишь, Панси, только ты стараешься все это забыть, пытаешься найти утешение в нем, ты бежишь от себя и, я не думаю, что ты побеждаешь, делая это.
Панси прикрыла глаза, она знала, что ее лучшая подруга права на все сто процентов.
- У нас обоих нет семьи, Даф, он прекрасно понимает меня в этом плане, я не могу представить, каково это – Рождество в одиночестве. В какой-то степени мы спасаем друг друга.
Гринграсс улыбнулась:
- У меня еще есть семья, что насчет Рождественского Обеда? Надеюсь, ты поможешь мне не сойти с ума в обществе двух Томасов? Можешь захватить и Поттера, - на последнем предложении Дафна сморщила носик, а Паркинсон рассмеялась:
- Мы обязательно придем. Может, еще и Малфоя захватим, как три года назад, помнишь?
- Да, точно, вновь поставим всех на уши, - Даф не смогла сдержать рвущегося наружу смеха.
Паркинсон не заметила, что в этом смехе была некоторая натужность, смеялась Гринграсс через силу, ненатурально.

***

Дафна Гринграсс поднялась на крыльцо небольшого коттеджа и позвонила в дверь. В руках она держала две массивные папки, листы из которых так и грозились выпасть. Ожидая открытия, Гринграсс нетерпеливо постукивала каблуком по выложенной на на ступеньках плитке.
- О, Дафна, не ожидал тебя увидеть, середина недели, как никак, - Уильям Томас открыл дверь и с улыбкой посмотрел на падчерицу.
Дафна фыркнула и чересчур вежливо поприветствовала мужа своей матери. Слизеринка прошла в дом, придирчиво взглянула на обстановку и презрительно поджала губы – ни изящества, ни роскоши. Дешевая мебель, обычные шторы, никакого намека на истинную красоту – так считала Дафна.
- Дорогая, как тебе? – Агнесса подошла к дочери.
- Отлично, - с излишним восторгом произнесла Дафна, - мам, я пришла поговорить.
- О чем? – Агнесса села на диванчик и подозрительно посмотрела на дочь.
- Ты ведь прекрасно понимаешь, кем я стала. Мы держали нейтралитет, и ты, и папа ушли из магического мира, я получила компанию… мне нужен муж.
- Прости? – миссис Томас не верила своим ушам.
- Нужна заключить помолвку до окончания Школы. Полагаю, он должен обладать должным богатством, его семья должны быть основана не позже девятнадцатого века…
- Дафна, подожди, - Агнесса приподнялась, - ты можешь выйти за того, кого любишь, не обязательно сейчас, у тебя еще вся жизнь впереди…
- Я хочу сейчас, мама! Я хочу выйти по расчету! Оставь сказки о любви для Панси Паркинсон, я не такая!
- Что с ним случилось? Я ведь знаю, ты бы не пришла с таким заявлением, если бы что-то не произошло.
Дафна закусила губу и отвернулась.
- Я не хочу быть с ним, - она вновь посмотрела на мать, - он уходит. Уходит каждый раз, я ему не нужна. И он мне больше тоже не нужен. Я не буду бегать за ним, я уже наследница и проживу без денег его семьи.
- Вы были с ним в самые трудные моменты, даже когда Темный Лорд торжествовал, вы могли поддержать друг друга. Так что же сейчас? Он – самый завидный жених, почему бы тебе не…
- Мама! – Дафна кинула паки на журнальный столик, их содержимое рассыпалось по столику и ковру. – Он – не тот, за кого себя выдает. Я не хочу быть с Блейзом. Никогда.
- Дафна, ты должна понять…
- Он должен понять, что я не игрушка для него! – Гринграсс обернулась и посмотрела на свою мать, - выбери для меня достойного и покончим с этим.
- Ты сильно ошибаешься, делая это. У него нет никого кроме тебя, только ты всегда была рядом. Ты любишь его, Дафна, я вижу это по твоим глазам.
- Я. Никогда. Не. Любила. Его, - четко разделяя каждое слово, произнесла Гринграсс и с вызовом взглянула на мать, - я надеюсь, что на Рождественском балу я смогу познакомить своего жениха со своим миром.
- Вот именно, - Агнесса поднялась, - тебе и мира мало будет, Дафна, потому что ты все еще ребенок. Ты хочешь объять необъятное и получить все сразу, но так не бывает. Тебе придется сделать выбор.
- Я его уже сделала, - отрезала наследница, - я выбираю корону, а не жалких парней.
Миссис Томас покачала головой, наблюдая, как ее дочь уверенно идет к выходу.
Уилл стоял, опершись о дверной косяк, и с интересом смотрел на удаляющуюся падчерицу.
- Надеюсь, что о моем сыне никто так не будет говорить, - цокнув языком, произнес он.
- Твой сын будет благоразумен и не выберет себе властную женщину. Я кое-что понимаю, в таких, как моя дочь, я сама была точно такой же. И чем обернулся мой выбор? – Агнесса повернулась к мужу, - хорошо, что мне хватило смелости одуматься и понять, что еще не поздно.
- Я тоже рад этому, - с улыбкой кивнул Уильям.

***

Панси, сидевшая за столом Гриффиндора, хмуро просматривала параграф учебника по Истории Магии, когда в зал вошел Малфой. Слизеринец осмотрелся и пошел по направлению к подруге.
- Паркинсон, какая встреча, - он усмехнулся, - не ожидал увидеть тебя на завтраке. Помнится, теперь ты все чаще не являешься на такие мероприятия.
- Очень смешно, - Панси закатила глаза, - что тебе нужно?
- У меня к тебе очень серьезный разговор, - Малфой уселся на скамью, не обратив внимания на шепотки младших курсов Гриффиндора, - ты придешь на Рождественский Обед Малфоев?
- О, по какому поводу? Кажется, раньше твои родители предпочитали праздновать Рождество в Альпах, - Панси все-таки закрыла учебник.
- Ну, ты же понимаешь, это возможно мой последний праздник, который я отмечаю с родителями. Они считают, что вскоре у меня будет собственная семья и все такое, - небрежно проговорил Драко и взял со стола яблоко.
- Малфой, я не могу понять твоей радости. К чему это?
- Мерлин, Паркс, неужто я не могу порадоваться таким великолепным днем? У меня же есть все!
- Ага, все, считая метку, - произнес насмешливый голос позади Драко. Слизеринец вальяжно повернулся и снизу вверх посмотрел на Томаса, закинув ноги на скамью.
- Томас… какими ветрами?
- Это мой стол, придурок, - ощетинился Дин.
- Я знаю, Томас. Только это все-таки не твоя территория, - Малфой откровенно смеялся над гриффиндорцем, - только не говори мне, что ты подумал, будто без Браун сможешь чего-то добиться. Или ты подумал, что, увидев тебя, я побегу прочь?
- Ты сволочь, Малфой.
- Спасибо за комплимент. Я бесчувственная сволочь, если ты забыл.
- Тебя даже Грейнджер не сможет изменить, - процедил взбешенный Томас, - хотя чего я ожидал, ты ведь всю жизнь будешь верить только Темному Лорду, или как ты его называешь, Хозяином, кажется.
- Малфой, - предостерегающе прошептала Панси, видя, как Малфой недобро прищурился.
- А ты вообще помолчи.
- Тебе пора придумать кое-что новенькое, Томас, это уже заезженная пластинка. Или после ухода Браун твой мозг потерял способность адекватно мыслить? – Драко поднялся и приблизился к оппоненту, - сколько времени тебе, идиоту, нужно, чтобы понять, кто мы?
- Малфой, это ты здесь неудачник, - Дин вытащил из кармана колдографию и протянул слизеринцу, - твоя невеста и лучший друг. И Сплетница уже знает об этом.
Драко посмотрел на фото и усмехнулся, едва не рассмеявшись.
- Решил устроить мою личную жизнь? Мой тебе совет, не лезь туда, где правит статус. Какая мне разница, с кем спит моя невеста? Значения это не имеет.
- Ты ее все-таки не любишь, - сделал вывод гриффиндорец.
Малфой тяжело вздохнул и посмотрел на Дина как на умалишенного.
- Мерлин, почему ты не убил идиотов? – Драко посмотрел в потолок, а потом вновь на Томаса, - когда до тебя дойдет? Деньги, дорогой мой, - он вытащил из кармана золотой галеон и покрутил им, - деньги все решают. Меня волнуют только деньги, Томас. Деньги и выгода. Я – слизеринец и бесчувственная сволочь, если ты забыл. Поэтому помолчи и послушай умного человека. Не вставай у меня на пути. Если хочешь реабилитировать свою подружку, то это не ко мне. И да, ты мне теперь должен.
- Я тебе ничего не должен, Малфой!
- Паркинсон, Дафна и Грейнджер с позором изгнали твою Браун. Смекаешь? Веди себя хорошо, мальчик, иначе тебя ждет та же участь.
- Я тебя не боюсь! – выкрикнул Дин, вслед уходящему Малфою.
- Я не терминатор, чтобы меня бояться, - хохотнул Драко и вышел из Большого Зала.
- Малфой порой несет редкостную чушь, - Гарри подсел к своей девушке, - но черт, он делает это виртуозно. Еще минута и я бы поверил.
- Правда была в том, что здесь не Драко следует бояться, - сидевшая рядом Катарина фыркнула, - имя Грейнджер сейчас неприкосновенно. Это все спектакль, якобы Малфой становится таким хорошим, будто она его меняет.
- А Малфоя вообще ничто не может изменить? – озвучил свою догадку Гарри.
- Горбатого могила исправит, - Панси пожала плечами и вернулась к завтраку. Ей вдруг показалось, что Малфой что-то скрывает. Хотя, о чем разговор? Он всегда что-то скрывал.

***


Гермиона отодвинула черную занавеску и посмотрела на Школу. Девушка нетерпеливо взглянула на часики, находящиеся у нее на руке и сжала губы в тонкую линию. Она уже опаздывала на завтрак, а если карета не наберет хода, то такими темпами она не успеет и на Основы Магии и профессор Шрайбер даже не станет ее слушать.
Карета резко набрала скорость и студентка чуть не соскользнула с сиденья. Наконец, эта, казавшаяся Гермионе бесконечной, поездка закончилась, девушка выбралась из средства передвижения и кинулась к странному строению за высокими воротами.
Если посмотреть на эту школу с высоты птичьего полета, то взору предстанет очень необычное зрелище: равнобедренный треугольник с башнями в каждой вершине, внутри треугольника был высечен ровный круг, пересеченный прямой биссектрисой к основанию фигуры. Знак Даров Смерти – вещей, который якобы могли уберечь их обладателя от неминуемой встречи со Смертью. Мантия-Невидимка, Воскрешающий Камень и Бузинная Палочка.
Гриндевальд лишь высек этот знак перед входом в Главный Знак, еще задолго до него основатели славянской школы построили это, а Виктор не сказал этого не свадьбе лишь по одной причине – все студенты дают клятву о неразглашении информации о Школе.
Гермиона стремительно поднялась по ступеням, прошла вперед, пересекая внутренний двор, и очутилась прямо у распахнутых дверей Главного зала.
Блейз сидел за столом справа, принадлежащему их факультету Чар. Всего в Дурмстранге было три факульета: Трансфигурации, Чар, Зельеварение и Травологии. Хотя здесь предметы казались совершенно другими, не такими как в родном и знакомом Хогвартсе.
- Привет, - Грейнджер села напротив друга. Они решили забыть о том инциденте, что произошел между ними не так давно и теперь они были просто хорошими друзьями.
- Угу, - откликнулся Забини, медленно переведя взгляд на девушку.
- Ясно, - фыркнула Гермиона, - с кем еще в этой Школе ты не переспал?
- Грейнджер, - сонно пробормотал парень, - умерь свой пыл, у меня голова болит.
- Эй, Грейнджер, скажи, а Малфоя ты также ограничиваешь? – к ним подсел парень с русыми волосами хитрой улыбкой, Гермиона не знала, на каком языке он говорил, хотя ей это и не было нужно – кулон, висевший у нее на шее, переводил со всех языков.
- Генрих, - девушка закатила глаза, - что у нас первым уроком, кстати?
- Основы Магии, - подсказал Генрих и подмигнул девушке, - но, знаешь, мы можем заняться чем-нибудь более продуктивным…? Я не думаю, что Малфой настолько хорошо…
- Сколько я буду тебе повторять? – Гермиона начала злиться, - у меня есть Драко и твои сомнительные предложения меня не интересуют.
Генри пробурчал что-то себе под нос и пересел к маленькой стайке девушек за столом Зельеваров.
- Мда, парни здесь совсем слетают с катушек, по-моему, стоит или добавить девушек или исключить их, - Гермиона поднялась и повесила сумку на плечо, - пошли, иначе Шрайбер заставит снова убирать класс, как в первый день.
Блейз последовал за ней. Они поравнялись около выхода из зала.
- Грейнджер, ты к Малфою испытываешь только отвращение, к чему вдруг такая забота? – он внимательно посмотрел на нее.
- Я не испытываю к нему отвращение. У нас нейтральные, деловые отношения,- рассудительно произнесла девушка.
- Да, но ты к кому-то сбегаешь каждые выходные, - не остался в долгу Забини.
- Ну, мы с Гарри старые друзья и нам важно общаться друг с другом, не терять связь…
- Гермиона, - Блейз развернул ее, схватив за руку, - я вчера разговаривал по каминной сети с Панси, Поттер был в ее комнате, он никуда не отлучался. Я спросил, виделся ли он с тобой, он ответил отрицательно.
Студент факультета Чар внимательно смотрел на девушку, но она не говорила ничего.
- Я была с Крамом, - через несколько секунд молчания, произнесла она.
- Преподаватель полетов? О вашем романе слухи ходили, когда мы учились на четвертом курсе. Стоп, ты спишь с преподавателем?
- Тише ты, - шикнула Гермиона и боязливо огляделась, - зачем так орать?
- Мерлин, Грейнджер, - Забини был готов расхохотаться, - я думал о ПСах, Малфое, и еще чертовой уйме вещей, но я не мог представить, чтобы у тебя был реальный роман с преподавателем!
- У меня с ним не роман! – воскликнула девушка, - просто…
- Только не говори, что опять дружеский секс. Мы это проходили, ничего хорошего не вышло.
- Блейз, не начинай, мне итак не слишком радостно на душе, - поморщилась Гермиона.
- Я не твой папочка, чтобы тебя отчитывать, - прыснул Забини, - просто этот вид отношений с мужчинами уже входит у тебя в привычку, сначала Уизел, потом я, теперь вообще Крам. Это выглядит довольно странно.
- Ага, учитывая то, что я, скорее всего, скоро выйду замуж, - поддакнула студентка.
- Что? – Блейз поперхнулся воздухом, - я думал с Малфоем у вас просто игра, временное деловое соглашение.
- Малфои ищут невесту для сына, а я подхожу как нельзя лучше.
- Малфои ищут чистокровную! Гермиона, ты не понимаешь, во что ввязываешься! Это не так привлекательно, как ты думаешь, - Блейз отступил на шаг, - чистокровные не так уж и любят эту традицию, всеми способами пытаясь обойти ее, а ты сама бросаешься в омут с головой!
- Я знаю, как будет лучше для меня, - холодно отчеканила она, - я для них – лучший выбор, потому что только я могу поставить Малфоев на ноги, показать миру, что они еще чего-то стоят.
- Прекрати спасать всех и каждого! Когда ты, наконец, поймешь, что невозможно сделать это?! Встречайся с Крамом, но не спасай Малфоев, они того не стоят.
Гермиона прищурилась.
- Что плохого в Малфоях? Да, они сволочи, но…
- Ничего, просто забудь о них, - поспешно произнес Блейз и поторопился.
- А ну-ка теперь твоя очередь говорить! – Грейнджер не отпускала рукав мантии юноши, заставляя остаться.
- Он желает обладать всем, что доставляет удовольствие другим, - медленно ответил Блейз, - он уничтожает людей морально, загоняет их в клетки. Он никогда не был слабым, каким ты его себе рисуешь, да, он трусил перед Темным Лордом, но я был там, Гермиона. У него была группа, маленький отряд Пожирателей-новичков, которыми он руководил. Он подводил людей к грани, задавливал их, растаптывал, он никогда не считался с чувствами других. У него нет друзей.
- Ты… - Гермиона смотрела на бывшего слизеринца распахнутыми глазами, - что он забирал у людей?
- Еще несколько месяцев и он бы занял место своего отца, Грейнджер, правая рука Темного Лорда. Трусость ему никогда не мешала, он знал, когда остановиться, но однажды не сделал этого.
- Ты так говоришь, будто он чудовище.
- Он и есть чудовище, каким бы ни был сейчас. Он и Паркинсон – они держали в страхе всех новичков.
- Я не верю тебе! – Гермиона повысила голос.
- Он пытался сделать это и со мной, - горько продолжал парень, - он забрал у меня единственное мое спасение.
- Что? Что, черт возьми, тебе сделал Малфой, что ты до сих пор так его ненавидишь?!
- Кого. Он забрал у меня Гринграсс, зная, что я по уши влюблен! – яростно воскликнул Блейз, размахивая руками.
- Гринграсс? Дафну Гринграсс? Ты с ума сошел?
- Грейнджер, я переспал с тобой, потому что хотел забрать хоть что-то у него! Чтобы его спасение принадлежало мне! Хотел отговорить тебя от всей этой затеи с помолвкой, заставить его чувствовать себя униженным и сломленным! Но ты ведь у нас такая правильная, ты не можешь не помогать! – Блейз усмехнулся.
Его тирада была прервана громкой пощечиной. Гермиона смотрела на него с чувством отвращения. Забини коснулся рукой горевшей от удара щеки.
- Я ненавижу тех, кто мстит и тех, кто играет другими. Ты как-то умудрился сочетать в себе сразу два этих пункта, - проговорила Грейнджер с презрением, - Гринграсс бы все равно ушла, Блейз.
Гермиона развернулась и быстро зашагала к своей башне. На душе было скверно еще и потому что она действительно хотела помочь Малфою. Она жалела его, считая служение Темному Лорду лишь необходимостью, веря, что где-то глубоко он все-таки обычный студент Хогвартса. Даже после секса с Виктором она отчетливо понимала, что это можно считать изменой.
«Мерлин, о чем я думала? Они ведь не могут измениться! Все еще слизеринцы. Чертовы змеи» - думала Гермиона, преодолевая, очередную ступеньку.
Грейнджер вдруг осознала, что просто сбежала из Хогвартса и никакое «мне нужно хорошее образование» уже не могло ей помочь. Она как было чужой, той и осталась.
Мерлин, какие еще «вспыхнувшие вновь» чувства к Виктору? Она не думала о том, что однажды найдет свою тривиальную любовь! Ей нужна была встряска, вот и все. Хороший секс и немного легких воспоминаний.
Она хочет помочь Малфою, потому что ее собственная жизнь рассыпается. Отец ушел к какой-то Эмили, мать уже беременна от другого мужчины, который ненавидит Гермиону и к тому же имеет на нее компромат. Друзья уже давно стали чужими людьми.
Девушка села на подоконник ближайшего окна и подтянула руки к груди.
Сбегая от проблем, она медленно, но верно теряла себя настоящую. Девочку, не думавшую о любви, но мечтающую о ней. Чтобы как у мамы с папой. До конца дней. Чтобы долго и счастливо. Но, увы, у ее родителей так не вышло.
Как бы ей хотелось остановиться, хоть немного подождать, разобраться в себе.
В окно постучала сова. Гермиона впустила птицу, к лапке которой был привязан сверток пророка и письмо, девушку насторожила отсутствие мешочка для денег.
Грейнджер отвязала «Ежедневный Пророк», она не думала, что его могут и сюда доставить. Но мысли быстро выветрились у нее из головы, как только она увидела первую полосу.
«Запретный плод всегда сладок». Да, заголовок мог бы совершенно точно отразить отношения учителя и ученицы, но что толку-то?
Гермиона прочла заметку, а потом распечатала письмо.
«Грейнджер, кого же ты выберешь? Пригреешь на груди змею или сорвешь яблоко? Можешь выбирать, ведь тебя все равно уже выгнали из Рая и старушка МакГи уже не угрожает твоему счастью. А что скажут Люциус и Нарцисса? Все еще хочешь стать Леди?
Я знаю, вы любите меня,
Целую,
Сплетница».
Гермиона в ярости испепелила письмо. Чертова Сплетница! Какое ей дело до жизни студентки Дурмстранге?
Похоже, и правда пора вернуться в семью, подальше от всего этого, что преследует даже здесь, в Дурмстранге.
Грейнджер спрыгнула с подоконника и пошла в свою комнату. Возможно, на выходных она навестит родителей.
А пока она наведается к Малфою и все-таки поговорит с ним с глазу на глаз. Они теперь в одной лодке, хоть и разного поля ягоды.
«Какая собственно разница? Любви ведь не бывает, в гроб все равно в одиночку ляжешь».
Ну, в какой-то степени она была права, но вот разве нельзя ли чуть-чуть помечтать?
И в лучшее все еще верится.

13.08-03.09.2011.


Глава 23. Глава 23. Слишком Высоко.

«Когда заканчивается война, воины возвращаются домой с надеждой, что то, что они повидали и что натворили не останется с ними навечно. Но некоторые солдаты просто не умеют не воевать. Им нужно затаиться и спланировать новую войну. Но настоящие воины те, кто знает, что война не заканчивается, она просто переходит в новую. И никогда не будет мира пока ружья заряжены и латы начищены.»
Сериал «Сплетница».

Панси закрыла глаза от усталости. Женская часть слизеринской раздевалки была как всегда пуста, и девушка сидела в одиночестве на скамье около душевых.
Она прислонилась головой к стене и тяжело вздохнула. Казалось, будто тело налито свинцом.
- Паркс, ты идешь? – Драко постучал в дверь.
- Я пойду…к Гарри, - с трудом проговорила девушка и открыла глаза.
Все плыло перед ней. Было невыносимо, шум в ушах усиливался, она не знала, что ее однокурсник уже ушел – она просто не слышала его шагов.
«Кажется, не стоит столько тренироваться», - мелькнуло в ее голове.
Вдруг за секунду стало легче, и Панси нашла в себе силы подняться и подхватить со скамьи мантию. Еле натянув ее, Паркинсон двинулась к выходу.
Малфой все еще о чем-то разговаривал с командой, но все-таки его голос доносился словно сквозь толстый слой ваты.
Студентка Хогвартса покинула раздевалку, медленно преодолела расстояние до самого замка и начала двигаться в сторону башни Гриффиндора.
Из общей гостиной выходила какая-то парочка, лиц которых Панси даже не заметила, она прошла дальше и приблизилась к комнатам юношей. Отыскать комнату Гарри для нее не составило труда.
Паркинсон взялась за ручку и опустила ее, дверь открылась беззвучно и слизеринка оказалась в той самой комнате, где на столе стояла фотография старших Поттеров с самим сыном, а кровать всегда была заправлена. Гарри однажды сказал, что в его комнате убирается исключительно Кикимер – личный домовой эльф.
Она подошла и села на кровать, наклонилась, чтобы снять сапоги и мир вновь закружился перед глазами.

***

Девушка с длинными и кудрявыми каштановыми волосами сидела в столовой скромного дома и приторно улыбалась. От этой фальшивой улыбки уже сводило челюсти и нестерпимо хотелось нахамить безмозглой дуре перед ней с крашеными в непонятный цвет волосами и приклеенными ресницами. Но Гермиона старательно отгоняла от себя эти мысли, продолжая улыбаться.
- Гермиона, а у тебя есть бойфренд? – та самая дура вновь напомнила о себе.
- Да, конечно, - на автомате ответила Грейнджер и вдруг поняла, что было бы лучше ответить отрицательно.
- Расскажи о нем что-нибудь!
- Анжелика, я не думаю, что это хорошая идея, - мать дуры – Эмили - постаралась усмирить дочь.
Анжелика сверкнула глазами:
- Мам, ну мы с Гермионой ведь должны познакомиться!
- Анжелика права, - мистер Грейнджер с улыбкой взглянул на дочь, - я так мало знаю о твой жизни, доченька.
- Ну… - Гермиона хотела сказать, что его зовут Темный Лорд, он абсолютно лысый и ему под восемьдесят, но здравый смысл все-таки победил, - у него необычное имя и строгие родители.
- Дорогая, тебе восемнадцать лет.
- Пап, мне девятнадцать, - поправила Гермиона.
- Ты даже имени его не назвала! – Анжелика, кажется, вошла во вкус, - меня совсем не удивляет то, что ты о нем не говоришь, возможно, ты его скрываешь, ведь не всем такие красавчики попадаются, как мне. Вот мой Эндрю просто высший класс.
Гермиона закатила глаза. Ее не прельщали эти девчачьи разговоры о парнях. Ее собеседница не знала о том, что «бойфренд» Гермионы переспал со всеми девушками с ее курса.
Семейный ужин, который она хотела провести с отцом и только, вдруг обратился в катастрофу! Эта чертова сорокалетняя Эмили со своей гламурной дочерью Анжеликой окончательно взбесили девушку, но вдруг раздался спасительный звонок в дверь.
- Ты все-таки расскажешь мне, как он выглядит! – вскрикнула Анжелика, когда Грейнджер уже неслась к двери.
Гриффиндорка распахнула ее с такой силой, что стоявший за дверью юноша отпрянул.
- Малфой? Какого черта ты тут делаешь?
- О, Гермиона, это твой парень? – в прихожей появилась надоедливая Анжелика.
- Мерлин, помоги мне, - прошептала сбежавшая в Дурмстранг.
- Я, конечно, не Мерлин, но помочь могу, - прошептал Драко, а потом уже громче добавил, - не угостишь меня виски?
- Проходи, - с фальшивой радостью произнесла Гермиона и отступила.
Драко оглядел прихожую и задержал взгляд на Энджи, как ее иногда ласково называли.
- А вы кем будете?
- Я – сестра Гермионы. И я свободна.
Грейнджер прыснула. Безмозглая уже вовсю висла на Малфое, хотя несколько секунд назад вещала о своем великолепном парне.
- Маггла? – Драко поморщился.
- Других не держим, - гриффиндорка прошла на кухню. Она слышала голоса родителей из соседней комнаты, но старалась не обращать внимания.
- Малфой, так ты расскажешь о цели своего визита? – спросила Гермиона, наливая семикурснику чай, вопреки его желанию.
- Рассказывать особо нечего, - Драко наколдовал букет цветов и вручил девушке, а затем достал из кармана маленькую коробочку и открыл ее, - ты выйдешь за меня?
Именно в тот момент а кухне показались все остальные. Грейнджер стояла с чайником в руках и смотрела на расслабленного до невозможности слизеринца.
- Малфой, ты обкурился?
- Грейнджер, - он сделал эффектную паузу, - тебе замуж предлагают выйти, и предлагаю Я.
- Какого фига? – девушка с грохотом опустила чайника на поверхность стола.
- Грейнджер, заткнись! Хватит изображать из себя мисс неприступность. Ты переспала с Блейзом, я знаю это, ты даже побывала в кровати у Крама, почти прилюдно опозорив меня и мою семью. У тебя есть последний шанс.
- Дорогая, - мистер Грейнджер приблизился к дочери, - что здесь происходит?
- Подожди, пап, - Гермиона обошла Драко и шумно втянула воздух, - ты не обкурился, не напился, от тебя не пахнет женскими духами… - она вернулась на свою позицию.
- Принцы встают на одно колено, - подсказала вездесущая Анжелика, но никто не обратил на нее внимание.
- Это не семейное кольцо, - Гермиона в свою изучила содержимое коробочки.
- Мерлиновы подштанники, Грейнджер, да, это не семейное кольцо, не думаю, что тебя прельщает нечто огромное, - теперь была очередь Драко закатывать глаза, он вытащил и поставил на стол еще одну коробочку, - здесь кольцо Малфоев, а теперь говори уже свое чертово «да», мне еще надо успеть в поместье.
- Подожди-ка, Гермиона, - Грейнджер-старший внимательно посмотрел на свою дочь, - я хочу…
- Пап, секунду, - гриффиндорка улыбнулась отцу и вернулась к однокурснику, - я согласна, Малфой.
- Вот и чудненько, - Драко улыбнулся и протянул ей кольцо, - поздравляю, Грейнджер, ты почти стала членом одной из самых древних семей Англии.
- И я тебя, Малфой¸ - фыркнула девушка, - ты только что стал женихом Героини Войны.
- Сочту за комплимент, хотя это больше похоже на оскорбление, - поддел он, - а теперь мне пора, мой папочка жаждет узнать, как все прошло, а мне еще нужно сочинить что-то про балконы и романтику…
Его тираду прервал стук в окно. Драко метнул туда взгляд и застыл.
- Грейнджер, открой окно, это филин Паркинсон, - он незаметно вытащил палочку.
Гермиона поспешила впустить черное пернатое существо.
- Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? – хором произнесли отец Гермионы и Анжелика.
Но маги не обращали на них внимания. Драко читал письмо, а Грейнджер заглядывала ему через плечо.
- Мне нужно в Хогвартс, - пробормотал парень.
- Я еду с тобой! – воскликнула Гермиона и убежала наверх одеваться.
Она буквально влетела в свою комнату. Записка Гарри заставила ее похолодеть от ужаса, липкий морозец пробирался по позвоночнику. Девушка схватила из шкафа мантию и палочку со стола. Пока она шла до прихожей она не могла ничего расслышать, только когда Малфой с силой встряхнул ее, она очнулась, пелена с глаз исчезла, а мозг вновь начал с чудовищной скоростью обрабатывать информацию.
- Малфой, это должен быть Гарри! Они снова устраняют его!
- Грейнджер, успокойся, - его пальцы впивались Гермионе в плечи так, что завтра точно будут синяки, - они не его устраняют, а предателей.
- Она – все, что у него сейчас есть! Он пойдет на все ради твоей Паркинсон! Очередная ловушка и только! – Гермиона уже кричала.
- Заткнись! – Драко начал злиться, - заткнись и послушай меня. это может быть что угодно и кто угодно. Но тебя это не касается, Грейнжер! Ты теперь – часть моей семьи, я не могу тебя потерять, мне еще дорога моя репутация и я не собираюсь изображать вдовца-неудачника.
- Ты думаешь только о себе! Но ты меня не остановишь, - ее глаза недобро сверкнули.
- Истеричка, - процедил он, помогая ей надеть мантию.
- Ублюдок, - сказала Гермиона, а затем повернулась к отцу, - пап, не ждите меня, я возвращаюсь в Школу.
Когда дочь мистера Грейнджера покинула родительский дом, он пораженно прошептал.
- Сначала ей непонятно кто и непонятно как сделал предложения, которое она приняла, а теперь она еще и исчезает куда-то. Опять.
Эмили положила руку ему на плечо. Как будто ему могло стать легче. Он не знал свою дочь и у него уже не будет возможности узнать ее – она слишком далеко от него, слишком, чтобы спуститься со своей вершины.
Она уже не та девочка, которой он читал книжки. Она – взрослая молодая женщина. Заключает брак по расчету, учится в закрытой Школе. Он не знает ее друзей, ее жениха, то, как она живет.

***

Гермиону чуть не вывернуло наизнанку. Она судорожно глотала воздух, глаза заслезились.
- Малфой, - она схватилась за его рукав, даже не замечая, что он итак ее придерживает, - кто учил тебя аппарировать, черт тебя дери?
- Неважно, Грейнджер, - фыркнул он и вернул ее в вертикальное положение.
- Спасибо, - скривилась Гермиона и отряхнула джинсы, плотнее запахнула зимнюю мантию, все еще одной рукой цепляясь за однокурсника.
- Ты достойная подруга Поттера – можешь вляпаться при элементарной аппарации, - хохотнул Малфой и девушка в который раз заключила, что он, редкостная сволочь, может издеваться даже в такой ситуации.
- Малфой, зачем мы это делаем? – сменила тему бывшая гриффиндорка.
- Делаем «что»?
- Женимся.
- Я хочу поставить семью на ноги, а это – простейший путь, мой отец уже не тот, Грейнджер, чтобы понимать, что к чему в новом мире. А ты почему? – он на ходу пожал плечами.
- Ты не тот человек, которому хочется изливать душу, - честно ответила Гермиона, - я хочу доказать всем, что могу что-то еще, кроме как учиться и помогать Гарри, что я могу быть другим человеком.
На несколько минут воцарилась гнетущая тишина, но когда они достигли ворот Хогвартса, Малфой сказал:
- Ты уже другой человек, прежняя «ты» никогда бы не пошла на это. Ты ведь в глубине души веришь в истинную любовь и ждешь принца на белом коне.
- Да, Малфой, пока еще верю, - улыбнулась Гермиона и шагнула в темноту двора Хогвартса.
Они пересекли его, молча вошли в замок и уставились на зажженные факелы. Горели все, чего никогда не случалось ночью, в темное время суток половину тушили.
- Ученики не в постелях, - впереди послышался скрипучий голос, потом мяуканье и звук шаркающих шагов, - дорогая, ты их уже чувствуешь? Они бродят по замку, мы их поймаем.
Грейнджер толкнула ближайшую дверь и буквально впихнула туда Малфоя. Слизеринец взглянул на нее как на умалишенную, но девушка уже захлопнула позади себя дверь и они погрузились в полную темноту.
- Внимание, ученики, - громкий голос директрисы МакГонагалл с помощью заклинания распространялся по всему замку, проникая во все щели, - все входы, выходы и двери замка заблокированы. Если вы находитесь вне Большого Зала, вам все равно не стоит волноваться, вскоре мы закончим, и вы сможете вернуться в свои комнаты.
Гермиона обернулась и подергала ручку двери.
- Не поможет, - пробормотал слизеринец и засветил палочку, в ее тусклом свете можно было различить очертания предметов. Старый учительский стол, три стройных ряда парт, стулья, полупустые шкафы с покосившимися дверцами, рассыпанные по полу колдографии около окна. Окно.
Драко подошел к нему и попытался открыть. Не поддавалось.
- Грейнджер, - проскрежетал он, - ты идиотка.
Гермиона хихикнула, на ее палочке уже тоже светился Люмос.
- Я знаю этот кабинет, Малфой, я читала о нем.
Драко фыркнул и закатил глаза. Он внимательно наблюдал, как девушка пытается что-то найти на стене рядом с дверью.
- Наконец-то! – Гермиона победоносно взглянула на него и щелкнула выключателем. В кабинете загорелся свет – несколько обычных маггловских ламп, - это кабинет Чарити Бербидж, она преподавала маггловедение.
Драко сглотнул. «Малфой-Мэнор, длинный черный стол, страх матери, Темный Лорд, Нагайна…» продолжать дальше не хотелось.
- Она хорошо преподавала, хотя и была полукровкой. Такая хорошая, всегда веселая, она – гениальная волшебница, Малфой. Она заставила некоторые предметы магглов работать в Хогвартсе, не без помощи Дамлдора конечно. Она иногда читала первокурсникам сказки.
- Грейнджер, она мертва, - еле слышно проговорил слизеринец, но она все равно его услышала и обернулась, - еще перед захватом Министерства. Она… ее убили в поместье.
- Что? – девушке хотелось, чтобы это не было правдой, но он был серьезен и беспокоен.
- Я так и знала, Малфой, - Грейнджер усмехнулась, ее минутное очарование и сказочность вновь исчезли. Она сошла со страниц любимых сказок в реальный мир и снова стала той Гермионой Грейнджер, которую люди увидели после войны. Холодная.
- Я не должен был этого говорить, - невозмутимо проговорил Драко, внутренне поражаясь Грейнджер. Он мог поставить двадцать галеонов на то, что настоящая Гермиона еще жива и выходит наружу только при близких и друзьях. При Поттере, Уизли, собственной матери. Ему вдруг снова захотелось увидеть лохматую девчонку, тянущую руку на каждом уроке, но она была недосягаема.

***

Панси открыла глаза, когда точки перестали плясать, она смогла взглянуть в потолок. Серый с голубым. А в комнате Поттера он был светло-кремового цвета.
Паркинсон медленно повернула голову. На соседней кровати спала Дафна, было видно, что она заснула почти сидя. Ее золотые волосы закрывали половину лица слизеринки, но и этого хватило Панси, чтобы понять то, что ее подруга здесь уже достаточно времени – макияж «поплыл».
Гринграсс резко распахнула глаза и посмотрела на Панси.
- Очнулась! – девушка с криком выскочила из комнаты.
Паркинсон медленно оглядела помещение. Смысл дошел почти сразу.
Она находилась в Больничном Крыле, сомнений не было никаких.
Она с разбитой головой, Поттер с ее Делом на стуле и с сигаретой в пальцах. Не хватало только его, даже на тумбочке она заметила запечатанную пачку сигарет.
В палату вошел уже знакомый доктор Андерсон, общий колдомедик больницы Святого Мунго, и Дафна, в двери мелькнула голова еще одного незнакомца.
- Мисс Паркинсон, очень рад, что вы очнулись, - Андерсон чуть улыбнулся и присел на стул около ее кровати, - расскажите о том, что вы помните последнее.
- Гарри… он сказал, что мы опаздываем на завтрак.
Она не смогла не заметить обеспокоенного взгляда Дафны, который подруга бросила на врача.
- Что здесь…?
- Мисс Паркинсон, выпейте это, - из смежной комнат появилась мадам Помфри и поднесла к ее губам зелье.
- Стойте, - Андерсон остановил школьную медсестру, - если это отравление, то нам не нужна лишняя реакция еще и на медикаментозное зелье, это может повлечь за собой последствия. Нужно пронаблюдать за естественной реакцией организма на отравление, - пробормотал он и покинул крыло.
- Мисс Гринграсс, как только заметите изменения в состоянии – сообщите мне, - мадам Пофри, недовольная тем, что ей указывают, тоже удалилась.
- Ты весь Хогвартс на уши поставила, - Дафна чуть улыбнулась и присела на соседнюю кровать, на которой раньше спала, - уже почти пять часов прошло. Поттер сказал, что звал тебя, он сидел в гостиной, но ты прошла мимо сама не своя и поднялась к нему в комнату. Вся школа сейчас в Большом Зале, замок обыскивают.
- Что? Почему?
- Панси, тебя отравили, ты – бывшая Пожирательница и девушка Поттера, причин достаточно.
- Это не отравление, Дафна, - что-то щелкнуло в мозгу слизеринки, - это заклятие, они не найдут отпечатков. Темный Лорд наложил его, я буду медленно терять память, потом сойду с ума, - Панси старалась говорить спокойно, но ее уже ощутимо трясло, - те, кто принял метку по собственному желанию, никогда не смогут жить долго.
Паркинсон закрыла глаза. В палате стало душно, невыносимо тяжело дышать, в ушах шумело. Она вновь теряла сознание и не слышала, как Дафна спросила:
- Поттер, что ты здесь делаешь?

***

Он лежал на спине и смотрел в потолок Большого Зала. Яркие звезды заволокло облаками, и небо стало темно-серым. Темным, как вся его годы, серым, как все его дни.
Она была коротким проблеском света, лучиком, дающим надежду, но потом все обязательно должно было смениться кромешной темнотой. Как и сейчас. Как уже бывало раз за разом.
Она умирала, но свет уже погас. «Те, кто принял метку по собственному желанию». Ее голос до сих пор звучал в голове.
Жизнь опять испытывала его на прочность. Как уже делала раз за разом.
Родители, Сириус, Дамблдор, Тонкс, Римус, Фред. Мерлин, даже Букля.
Призрачные надежды на спокойствие вновь рушились. Утром будет Сплетница, потом Пророк. И молчание. Запрет на всякое общение с прессой. Но все будут ждать разрыва отношений, обливания друг друга грязью. Люди любят унижения. Очень сильно.
А он ведь не пришел в Большой Зал, остался стоять около входа в Больничное Крыло. Все видел. Все слышал.
- Мистер Поттер, - в зале появилась МакГонагалл и тихо прошла к Гарри, - Гарри, это не…
- Я слышал, - коротко ответил он и сел.
Директриса оградила их заклинанием неслышимости и продолжила.
- Но мы скажем, что именно это и случилось. Пусть лучше перетрясут Школу, чем вас. Обвиним во всем домовика и его неосторожность. Я не думаю, что Англии стоит знать о заклятиях Того-Кого-Нельзя-Называть.
- Спасибо, госпожа Директор, - Поттер кивнул.
- Вам спасибо, мистер Поттер, за то, что чувствуете.
Она сняла заклинание и покинула зал, полный спящих учеников, не разбудив никого из них. Видимо, занятий завтра, а точнее уже сегодня, не планировалось.
Гарри все еще пребывал в какой-то прострации. Он вспомнил тот день пару месяцев назад, когда директриса говорила ему про сердце, сейчас она сказала про чувства. А они были?

***

Паркинсон смотрела на противоположную стену. Дафна ушла несколько минут назад с заверениями, что хочет убить Малфоя, которому уже несколько часов назад написала, и которого все не было.
Первые солнечные лучи проникали сквозь не полностью зашторенные окна и плясали на серовато-белой стене, покрытой мелкими трещинками.
Панси казалось, что все вокруг нее – сон, а она сейчас проснется, возьмет «Квиддич Сквозь Века» и будет читать при тусклом свете горящего камина и свечи.
Она верила, что однажды у нее будет свое «долго и счастливо», но, правда, не такое как в сказках. У нее все будет по-другому. Брак по расчету, один единственный ребенок, никаких семейных традиций и абсолютная холодность ко всему миру. Она мечтала об этом, потому что не могла представить себе другой жизни, она была так воспитана, несмотря на то, что ее родители вышли по любви.
Она хотела быть самостоятельной, но зависела. А те, кто зависят - плохо заканчивают. Чаще всего, самоубийством. Как ее мать, например.
- Паркинсон, я…
Панси перевела взгляд на Поттера, мнущегося в дверях и улыбнулась.
- Дафна сказала, что ты все слышал. Давай, начинай.
- Что я должен начать? – он усмехнулся и оседлал стоящий рядом с кроватью стул.
- Плохая Пожирательница Панси убивала, врала и прочее. Ты ведь именно так думаешь, несмотря на то, что я все рассказала тебе еще тогда.
- Паркинсон, успокойся, никто не виноват в том, что мы с тобой два упертых барана.
- Такие истории заканчиваются классикой жанра, ты обвиняешь меня, я – тебя, мы расходимся…
- Панси, мне все равно, что обо мне подумают люди. На пятом курсе мне порой не верили даже друзья, неужели ты думаешь, что сейчас я обращу внимания на стайку газетчиков? Вопрос в другом. Смогу ли я простить твою ложь.
- Это не было ложью. Это было единственным выходом спасти мою семью, единственным, при котором мне была гарантирована жизнь. Я ведь уже говорила, что переходить на другую сторону не имело никакого смысла – меня бы все равно убили.
- Это не оправдывает, - покачал головой Гарри, - но мы можем долго об этом спросить, но… Паркинсон, мне страшно. Потому что все уходят, уйдешь и ты. Уже уходишь. А я не хочу этого. МакГонагалл опять напомнила мне кое о чем. Я давно хотел это сказать, но трусил. Помнишь то утро, когда ты обнаружила Браун в моей комнате? Я хотел сказать это накануне, выпил для храбрости. Идиот. Все могло бы быть проще, - он улыбнулся, - я люблю тебя.
Паркинсон вновь посмотрела на стену.
- Я не могу, Поттер, не могу быть рядом с тобой. Ты другой.
- Брось, Панси, я ничего не прошу… ты итак уже все…
- Я умираю, дело не в моем желании. А человек, который может меня спасти мертв. Темный Лорд не прощает предателей, которые меняют решения. Я ошибалась, думая, что все позади. Для меня мучения только начинаются.
- Ты говоришь об этом слишком спокойно.
- Первая стадия: неверие, - грустно улыбнулась Панси и повернулась набок, лицом к гриффиндорцу, - моя мать через все это проходила, только по другому поводу.
- Я хочу попробовать еще раз, может, нам хватит времени? Не обращая внимания на других. Ты сможешь?
- Мне уже некуда идти, Поттер, - она усмехнулась, - у меня есть месяц, может, чуть больше. И знаешь, это еще один шанс спастись. Более благородный, чем я когда-то использовала. Я по-настоящему сожалею о том, что сделала, я действительно думаю, что смогу…

***

- Все могут вернуться в свои комнаты, занятия отменены, - голос МакГонагалл был усталым, - произошло небольшое недоразумение, которое уже улажено.
- Да уж, небольшое, - пробормотала Гермиона, поднимаясь с пола и отряхивая дорожную мантию
- Паркинсон умеет заставлять людей обращать на нее внимание, - Малфой фыркнул и поднял голову от парты, - пошли, Грейнджер, не хочу здесь больше задерживаться.
Слизеринец подошел к двери и с легкостью открыл ее. Они совсем забыли, что дверь из кабинета маггловедения выходила прямиком в холл, где уже толпились люди и стояла Миневра МакГонагалл.
- Это ошибка, при всем моем уважении все допускают ошибки, даже домовые эльфы. Все надлежащие меры уже приняты, мисс Паркинсон скоро сможет вернуться к занятиям.
- Вы не думаете, что это было спланировано? – вперед вырвалась журналистка, которую Гермиона уже видела на свадьбе Томасов.
- Это исключено. Нет никакого смысла вредить мисс Паркинсон, она одна из лучших учениц, она ни в чем не замешана.
- Хотите сказать, это случайность?
- Совершенно верно. На месте мисс Паркинсон мог оказаться кто угодно, просто домовым эльфам стоит лучше проверять то, что они подают.
- А как к этому отнесся мистер Поттер?
- Давайте не будем обсуждать личную жизнь учеников Хогвартса, это не в моей компетенции, - Миневра удовлетворительно кивнула, наблюдая, как поникшие журналисты тихо переговариваются. Конечно, все это было шито белыми нитками, да и симптомов почти никаких не было, можно было и вовсе умолчать обо всем, но кто-то из учеников догадался отправить сову. Кто? Сплетница? МакГонагалл действительно ненавидела разбираться в грязных интрижках своих учеников, пока они не приводили к разрушительным последствиям для Школы, в этот раз удалось все замять, но получится ли в следующий?
Драко и Гермиона переглянулись.
- Малфой, почему бы нам не начать уже сейчас? – она хитро подмигнула ему и взяла за руку, - самоубийцы долго выбирают нужный момент, у нас он уже есть…
- Нам обоим есть, что терять, Грейнджер, вопрос в том, готовы ли мы это сделать?
- Давай сюда кольцо, - бывшая гриффиндорка решительно вздохнула и вытащила из коробочки кольцо. Она колебалась всего секунду, прежде чем одеть его и вытащить Малфой в центр холла. Какая ей была разница? У нее не было ничего, она уже все потеряла. Даже себя.

«Доброе утро, Хогвартс,
Всем пора проснуться, выходите из Большого Зала, чтобы посмотреть на лучшее представление в своей жизни!
Что скажет папочка Люциус, милый Драко? Что скажет мамочка Джейн, Гермиона? К чему такие жертвы и кольца?
Вы уже сложили оружие? Вы слишком быстро сдались, пора начать заново, потому что даже когда у вас ничего нет, всегда остаются люди, которые вам дороги.
Я не верю в великую любовь, я верю в деньги, статус и кровь. Как и ты, Гермиона. Ты официально попала в Ад и больше не считаешься хорошей, ты потеряла мое доверие. Ты сама начала новую игру, в которой сама можешь не выиграть.
Я знаю все, Грейнджер, о Забини, ваших разговорах, о Краме и еще одном парне, о котором ты уже забыла. Так вот, он – мой хороший друг и он переводится из Шамрбаттона в Хогвартс. Помнишь Томаса? Старого доброго Томаса?
Ты станешь третьей Королевой. Красной Королевой не рождаются, а взбираются на вершину на каблуках. И не важно, на кого придется наступить по дороге.
Кажется, в твоем новом королевстве скоро начнется новая война, и если ты хочешь мира, то тебе придется наточить свой меч. Ты ведь не сдаешься, не так ли?
Кто следующий?
Дафна, Панси, вы сохраните свои короны? Сможете поделиться троном? Осторожно, втроем на нем никак не усидеть! Не теряйте хладнокровия, если она сядет за стол Слизерина, ибо помните, что Малфой – все еще ваш друг. Пока что.
Я знаю, вы любите меня,
Целую,
Сплетница.»
3-10.09.2011

Глава 24. Homecoming

@темы: Фанфикшн, Фанфики, Сплетница, shady_lady, Harry Potter

URL
Комментарии
2014-12-15 в 21:22 

Скажите пожалуйста, в фоне у Вас под вторым яблоком слева явно прослеживается промежность суки, в смысле собаки, это неспроста? Простите старого зоофила!!!

URL
   

В тенистом лесу

главная